Таня Ермолаева: «Русский дизайн — это постоянная борьба»

Меньше трех лет потребовалось Тане Ермолаевой, чтобы вывести свои работы в digital и графическом дизайне на международный уровень. Сегодня Таня живет между Лос-Анджелесом и Москвой и, чтобы не запутаться в часовых поясах, ставит на ноутбуке голосовое напоминание, которое каждые 60 минут сообщает ей о времени. 

Общаться с Таней — настоящее удовольствие. Кажется, она знает все про философию и историю дизайна и гармонично переносит эти знания на решение рабочих задач.

Таня Ермолаева — графический дизайнер
Таня Ермолаева — графический дизайнер. Фото: Дарья Нагорнова

Я слушала подкаст Readymag «Женщины в дизайне», где ты рассказываешь, что училась на философии, но потом поняла, что не видишь себя в этой профессии и ушла в дизайн. Почему именно дизайн? 

Таня: Многим кажется, что это совершенно разные сферы, но для меня переход в дизайн был продолжением учебы на философском. Есть критический дизайн, который оперирует концепциями и терминологией критической теории философии. Я всегда хотела узнать, почему мы воспринимаем мир так, а не иначе. Причем не с психологической точки зрения, а с культурно-эстетической. Но мне было скучно без конкретики, хотелось найти какой-то навык и работать руками. 

Ты была знакома с основами дизайна, именами, направлениями? Или начала погружаться в тему уже по ходу учебы? 

Таня: У меня не было точного понимания, куда я иду, я не знала практиков, но был интерес к художественному в целом. Я пошла в Британскую высшую школу дизайна на foundation — это год, когда ты исследуешь разные области и направления, как форкурс в Баухаусе.

Я не сомневалась, когда в итоге выбрала графический дизайн. Наверное, это связано с тем, что он больше всего работает с языком и со смыслами. Философия — тоже текстовое направление, меня всегда это интересовало. 

Брала ли ты заказы во время учебы? 

Таня: Да, но это был очень любительский фриланс. Я училась в Британке два года, затем перевелась в Central Saint Martins и там стажировалась, но не так активно, как некоторые мои одногруппники. Возможно, у меня комплекс отличницы, но в то время мне хотелось больше внимания уделять учебе. Меня вообще интересует педагогика, поэтому я не стремилась быстрее закончить, чтобы работать. 

Расскажи про учебу в Central Saint Martins? Как строились занятия, сколько времени уделялось теории, а сколько практике? 

Таня: Важно понимать, что там не учат hard skills — как делать шрифты или верстать постеры. Предполагается, что студенты научатся этому в процессе выполнения задач. Самое главное, что дает Central Saint Martins — это сообщество. 

Каждые две-три недели мы выбирали для себя новый проект (бриф), который создавали для нас тьюторы. Он мог быть о социальном дизайне, шрифтовом, книжном, digital. Например, одновременно давался выбор между брифом исследования и создания газетной обложки и более экспериментальным — перевода структуры здания в структуру книги или дизайна коммуникационной стратегии для повышения популярности библиотек. 

Идея Central Saint Martins в том, что между студентом и тьютором нет строгой иерархии. Тьютор мог дать совет, но студент не обязан ему следовать. Самостоятельность поощряется. У нас все время был выбор, чем заниматься. Но в этом есть и свои минусы. 

Фрагмент студенческой работы

Какие? Требуется хорошая самоорганизация, которую мы не развиваем в школе и классических университетах? 

Таня: Да, и можно начать разбрасываться, как сделала я. Были студенты, которые хотели заниматься только цифровым дизайном и выбирали связанные с ним проекты. Мне же, поскольку я присоединилась туда на втором году обучения, хотелось попробовать все. Своеобразная попытка наверстать.

Я думаю, это сложная экспериментальная система, которая возможна только в рамках школы с большими ресурсами. 

Ты говоришь, что тебе нравится учиться и ты видишь для себя в этом много плюсов. Считаешь ли ты, что образование важно для дизайнера? 

Таня: Я поняла, что образование дает сообщество — а это и доступ к литературе, и к примерам, и насмотренность. Если ты можешь получить все это сам или тебе повезло, и ты попал в команду к крутым ребятам, то образование тебе не нужно. Я не очень социальный человек, и мне нужно быть в среде.

Другое дело, что часто дизайнерская школа имеет какую-то идеологию. Central Saint Martins не пытается ее навязать. Голландские школы имеют узнаваемый визуальный стиль, и в работах их выпускников можно увидеть много похожего. Это не хорошо и не плохо. Такие школы не только дают тебе доступ к сообществу, но и создают их. 

Мне кажется, если ты хочешь быть не просто дизайнером, а арт-директором, то такое образование хорошо поможет развить нужные компетенции, которые сложно получить, работая дома. 

Таня: У арт-директора другой набор навыков, который во всех местах понимается совершенно по-разному. Обычно этот термин больше связан с рекламой, хотя сейчас он перекочевал и в дизайн.

Если мы говорим про навык управления командой — то да, обучение дает намного больше, чем индивидуальные проекты, но этому можно научиться и на работе. Я не тот человек, кто будет агитировать за образование, но это хороший и важный опыт. Просто для России это новая история. 

Почему? Ты сказала, что видишь много плюсов для себя в образовании, кроме того, ты сама преподаешь.  

Таня: Я понимаю, что образование и в России, и в Европе — достаточно элитарная практика, которая требует ресурсов, и, к сожалению, несправедливо отсеивает тех, у кого их нет. То есть на первый план выходят социальные условия, а не способности и талант. Это делает состав учеников арт-школ достаточно однообразным. И, в конце концов, образование — не единственный путь в креативных индустриях. 

А где в России, кроме Британки, можно учиться дизайну? 

Таня: В Высшей Школе Экономики все развивается довольно интересно. Если сравнивать ее с Британкой, то, наверное, последняя больше ставит под вопрос тренды и учит ориентироваться на глобальный процесс. Но я не могу сказать, что что-то лучше или хуже. 

У Британки задача в меньшей степени ориентировать на текущий рынок и в большей степени улучшать его. Мы просто не считаем, что сегодняшнее положение креативных индустрий — это ориентир для студента. Нужны эксперименты и поиск своего пути.

Сейчас такое обилие онлайн-курсов. Ты веришь в то, что можно найти стоящие? 

Таня: Для hard skills, конечно. Собираться вместе и учить фотошоп будет тратой времени. Другое дело, что на этом дизайн не заканчивается. Чтобы понимать дизайн как часть культурных процессов, нужны разговоры с людьми и обмен опытом. 

Пример брифа

Есть ли в дизайне понятие «наставника»? Был ли у тебя человек, который мог оценивать твои работы, направлять, вдохновлять? 

Таня: Важно найти какой-то профессиональный ориентир. Для меня на Стрелке им стали Анна Кулачек (арт-директор Стрелки) и Максим Королевич (бывший digital арт-директор). Мне близка идея менторства, но я не выстраивала с ними такие отношения. Мне больше нравится, когда общение идет горизонтально, и ты через некоторое время понимаешь, что многому научилась у этого человека. 

Сейчас я работаю в Perfect Number и учусь у Сергея Пойдо и всей команды. Как преподавательница я вдохновляюсь моим бывшим тьютором и нынешним коллегой Себастьяном Кампосом и его методами. 

Согласна, если работать с единомышленниками, то каждый из коллег может стать ментором и научить тебя чему-то. Расскажи, как ты подходишь к преподаванию в Британке? 

Таня: Я преподаю модуль «Critical & Contextual Studies», который идет параллельно с практической частью. Его основная задача — соединить теорию и практику, научить анализировать визуальное и объяснять свои решения вербальным способом.

На курсе мы сначала выясняем, что интересно каждому студенту. Этот метод позаимствован из курса графического дизайна Йельской Школы Искусств. Там студентов просили собрать коллекцию из сотни изображений, которые вызвали у них сиюминутный интерес. После они их анализировали в формате коллективного обсуждения, пытаясь найти между ними какой-то общий лейтмотив. Кажется, этот метод появился еще до Instagram и Pinterest. 

Когда направление становится понятнее, мы читаем тексты дизайнеров, философов, художников. Получается двойной процесс — с одной стороны, студент узнает через тексты себя, мы даже шутим, что это психотерапия. С другой, мы погружаемся в историю дизайна. Исследуем контекст, в котором в будущем дизайнеры будут работать.  

Получается, этот курс учит студентов давать своим работам содержание и описывать их, выражать идею словами. 

Таня: Да, это вообще базовый принцип Британки. Зачастую, чтобы донести свою идею до заказчика или команды, тебе нужно ее рационализировать. Хотя сейчас я больше верю в интуицию дизайнера. 

Со студентами мы не просто пишем тексты. В прошлом году мы делали видео-эссе и смотрели, как знание трансформируется при переходе от текста к видео. Кроме того, было интересно перевести традиционный формат академического эссе в достаточно новое медиа. 

Звучит так интересно, что хочется тоже поучиться. Преподавание требует от тебя больших ресурсов? 

Таня: Да, я преподаю уже 2,5 года, а для интровертов вроде меня даже после дня преподавания нужна перезагрузка. Но сама бы я с удовольствием еще раз прошла курс. Потому что сейчас я, как и все дизайнеры, потребляю такой объем информации, что просто нет времени проанализировать его и понять, что тебе нравится. 

Всегда ли тебе легко выстроить коммуникацию со своими студентами? Как изменилось ваше взаимодействие за твои 2,5 года преподавания? 

Таня: Я стала увереннее. Сначала преподавать было непросто, сейчас я чувствую больше свободы. Интересно следить, какие темы выбирают студенты, что остается циркулировать в их эссе и ссылках, что их увлекает. Мы пытаемся понять, как меняется индустрия, какова роль дизайнера, что он может сделать в этом сложном контексте. Мы работаем вместе, я не выстраиваю между нами какие-то барьеры.

Мы с тобой поговорили про образование дизайнеров в России, но не поговорили про действующих практиков. Как обстоит дело с дизайнерами в России? Как можно описать российский стиль дизайна? 

Таня: Мне кажется, русский дизайн — это постоянная борьба. С собой, со своим наследием, с уродливым окружением, с западом, с заказчиком, друг с другом…. В русской и восточно-европейской эстетике еще много чего не исследовано. Я бы хотела больше работать с локальным визуальным языком, с условно визуальным «жаргоном».

«Русский дизайн — это постоянная борьба»

Расскажи, как ты делала афиши для Бара Стрелки. Было ли это в рамках фирменного стиля? Какие у тебя были референсы? 

Таня: В серийном делании постеров требование одно — надо их делать, если это в кайф. Тогда выработается что-то свое, свой подход. Кроме того, это музыкальные постеры, которые не требуют такой систематичности, как дизайн книги или айдентики. Именно поэтому я сомневаюсь в подходе тотальной рационализации, потому что все равно есть много субъективного и мимолетного. 

В плане наращивания опыта и регулярной тренировки — это был полезный опыт. Я начала делать для себя систему внутри системы. Одним слоем шла дата, вторым — имена исполнителей. Я не хотела приуменьшить значимость музыкантов, но дата была важнее, поскольку это были регулярные мероприятия. 

В дизайне для бара нет ограничений, связанных с фирменным стилем. Но Стрелка во многом эксплуатирует наследие модернистского стиля —  плоскостная графика, акцент на типографику, яркие цвета. Эти принципы нужно было соблюдать. 

Когда ты начала работать с Perfect Number? 

Таня: Мне написал Максим Королевич о том, что он покидает свое место в Лос-Анджелесе, и они ищут замену. Я связалась с Сергеем Пойдо, арт-директором Perfect Number. Он рассказал, что это феминистский бренд одежды, у них есть журнал, где они пишут про критическую моду, и что у них достаточно экологичное производство. Я поняла, что мне все это интересно и я хочу с ними сотрудничать. И это просто безумие. 

Мне нравится идея компании, где ты сидишь за одним столом с сооснователем. Кажется, это самое крутое для дизайнера. Ты перестаешь чувствовать себя винтиком в машине, особенно, если разделяешь ее ценности. 

Расскажи, в чем заключается твоя работа как младшего арт-директора?

Таня: Изначально мы думали, что порядка 70% моих задач будет связано с digital. Но по факту задачи очень разные. Сейчас мы выходим в реальное пространство, поэтому я много занимаюсь оффлайн-историей. Пришлось даже освоить на базовом уровне Sketch Up. 

Я не позиционирую себя только как digital-дизайнера, мне нравится мультидисциплинарность. Мне было интересно заниматься арт-дирекшеном съемки коллекции. Это необычный процесс, по-другому начинаешь смотреть на моду. Вообще, у нас есть глобальные задачи по созданию завершенной айдентики компании. Это новый бренд, у нас есть логотип и ценности, но нет чего-то 100% оформленного.

«Я не позиционирую себя только как digital-дизайнера, мне нравится мультидисциплинарность»

Насколько тебе комфортно работать на английском языке, в международном коллективе? 

Таня: В Британке у меня тоже международная команда, как и в ЛА, и основной язык общения — английский. Моя единственная проблема с работой в американском коллективе, это то, что все в футах и дюймах. Это сильно замедляет процесс: нужно все пересчитывать и переводить. В Америке не используются форматы бумаги вроде А, А2, и непонятно, какими категориями считать. Хорошо, что в digital-дизайне пиксели.

Вообще, дизайн создает свой собственный язык коммуникации, в нем больше гибкости, чем в других сферах. Поэтому легко можно представить, что русская студия делает дизайн для европейского мероприятия. Например, как Shuka для Chess championship

Как ты думаешь, в каком виде должно быть портфолио дизайнера? Достаточно ли загрузить работы на Behance или нужен сайт? 

Таня: Я не хочу быть дизайн-снобом, но Behance все слишком унифицирует и приземляет. Мне нравятся эксперименты, когда сайт позиционирует себя как культурный артефакт, а не как продукт инженерной мысли. Когда дизайнеры заново изобретают себя через портфолио. Порой на Behance я даже не узнаю работы студий, проекты которых мне знакомы. 

«Мне нравятся эксперименты, когда сайт позиционирует себя как культурный артефакт, а не как продукт инженерной мысли»

Мы говорили о том, что образование помогает быть в нужном сообществе. А насколько дизайнеру важно быть в соцсетях? 

Таня: В соцсетях дизайнеры могут найти аудиторию для своих нереализованных проектов. В Pinterest и Instagram часто выставляют не принятые клиентами работы и тем самым формируют свое портфолио. До соцсетей это было невозможно. 

Если говорить про меня, то есть такое понятие как fear of missing out, так вот, я благодаря соцсетям чувствую, как будто я не missing out. Например, я месяц курировала страницу type.today, и у меня было ощущение присутствия, погруженности в какой-то общий процесс. И это круто, но часто социальные сети становятся echo chamber, и ты начинаешь видеть копию копии копии понравившегося тебе дизайна.

Должен ли дизайнер уметь продавать себя? Я знаю, что многие работают за копейки, особенно в регионах. Как научиться оценивать свой труд адекватно?

Таня: Это сложный вопрос. Раньше, чтобы сделать логотип или брендинг, нужна была целая команда. Сейчас логотип можно скачать за 20 долларов со стокового генератора. И дизайнерам сложно соперничать с такой автоматизацией, поэтому их гонорары снижаются. 

Часто агентства сами снижают стоимость своих услуг, потому что, например, делают сайты на конструкторах. Много начинающих дизайнеров, готовых работать за копейки. 

Таня: Когда в 80-90-х произошла революция в дизайне, и появился безумный деконструктивистский дизайн, порог входа в профессию сильно снизился. Это тоже демпингует рынок. 

Дизайнеру нужно уметь объяснять ценность своего решения по сравнению с ценностью стокового логотипа. Для начала я бы поставила под вопрос важность логотипа. Зачем он нужен? Где он будет использоваться? В результате разговора и этой процедуры может выясниться, что клиенту нужна целая визуальная система.

Согласна, бизнес часто по инерции считает, что ему нужен логотип. Так ты показываешь клиенту ценность себя, и вы начинаете сотрудничать. 

Таня: Да, я люблю вообще работать в команде. Я не люблю навязывать свое мнение, мне важно, что думают другие. Поэтому мне нравится воспринимать заказчика как потенциального коллаборатора. Говорят, что дизайнеры любят сидеть в темной комнате и ни с кем не общаться, но в результате на том или ином уровне тебе все равно придется выйти на контакт и с заказчиками, и с аудиторией.

Где будет проходить та грань, до которой ты будешь позволять клиенту вносить правки?  

Таня: Обратная связь от клиентов важна, но нужно понимать, что за ней стоит. Часто это не именно то, на что указывает заказчик. Это сильно зависит от опыта дизайнера и практического навыка. Я до сих пор теряюсь и начинаю нервничать, поэтому лучше работать с людьми, которые тебе подходят. 

Мне кажется, это как раз о том, что ты рассказывала в начале. Что дизайнер должен уметь объяснять, что он сделал и почему так. 

Таня: Да. Вообще, твое портфолио — и есть твой фильтр. Чаще всего я видела, что правки ухудшают итог. Проект просто умирает. Сначала дизайнер горел, а правки это убивают. 

У тебя интересный и довольно стремительный путь в дизайне. Часто ли ты сомневаешься в том, что ты делаешь? 

Таня: Постоянно. Иногда я сомневаюсь в принципе в дизайне как в профессии. Мне сложно понять ее ценность: врачи спасают жизни, а что я? Меня также смущает связь дизайна с чистым маркетингом и капитализмом. Поэтому я пытаюсь понять, возможен ли он вне этих рамок. Мне помогает разобраться в этом работа со студентами в Британке. Кроме того, дизайн — часть физического мира и культуры, все когда-то было создано благодаря ему. 

Если заглянуть немного в будущее, как будет развиваться дизайн? Какие направления будут востребованы и чему стоит поучиться?

Таня: Много карьерных вариантов лежит в дизайне в более широком смысле. Это уже не дизайн поверхности (будь то экран или бумага) или предмета, а работа с процессами, сценариями, дизайн обучения, задач. Возможно, он уже не будет даже связан с чем-то визуальным. Но отказаться от дизайна будет сложно: мы сильно визуальные существа. 

У меня нет какого-то рецептурного совета, чему учиться. Российским дизайнерам нужно больше работать с альтернативной зарубежной теорией и историей дизайна, для этого нужно знать языки.


Если вас интересует дизайн, и вы хотите узнать о нем что-то новое, рекомендуем нашу подборку книг о дизайне.

Также следите за нами в социальных сетях, чтобы не пропускать новые материалы: ВконтактеFacebookTelegramInstagramЕсли вы цените свой и чужой труд, то всегда можете поддержать нас финансово на Patreon.

Автор публикации

Екатерина Епифанова