Интервью с моделью Ксенией Дубовицкой: «Большинство людей не понимают, насколько это тяжело»

Ксения Дубовицкая — русская модель, которая живет в Лос-Анджелесе и снимается для Google, Lacoste, L’Oréal, Coca-Cola, а также в клипах, например, у Phantogram и Com Truise. Она добилась успеха в моделинге, несмотря на невысокий рост и начало карьеры в 21 год.

Создатель Losko Слава Новосельцев поговорил с Ксенией о непростом детстве, стыде называть себя моделью, отказах на кастингах, эмиграции и своем призвании.

Ксения Дубовицкая
Ксюша Дубовицкая в объективе Анисии Кузьминой

Расскажи коротко про свою карьеру.

Ксюша: К модельному бизнесу я пришла очень-очень спонтанно. Не то чтобы я всегда мечтала быть на обложке журнала, просто периодически друзья говорили: «У тебя такое лицо, тебе надо сниматься». Я из Казани, и у меня из этой индустрии друзей особо не было.

Когда мне было 18 лет, меня позвала знакомая девочка на съемку для журнала Л’етуаль для косметики Chanel. А я позировать вообще не умела. Это был, конечно, интересный опыт. Потом все затихло. Мы пофоткались, мои фотографии напечатали в журнале, но я тогда еще не понимала, как это круто, и не знала ничего про эту индустрию.

Я приехала в Москву, хотя особо не рвалась. Я когда возвращаюсь назад и вспоминаю, то понимаю, что все получилось как-то очень спонтанно. Взяла — переехала, взяла — пошла в офис работать, потом пошла на какое-то мероприятие, там пообщалась в девчонкой, она сказала: «Слушай, попробуй себя в модельной индустрии». А у меня же рост невысокий, хотя тогда стандарты были. Сейчас попроще стало, я это ощущаю. Многое зависит от того, как ты работаешь.

Многое зависит от того, как ты работаешь: я не сидела на месте, постоянно развивалась, что-то искала. Может, у меня в характере заложена какая-то внутренняя целеустремленность, беспокойство о том, что я теряю время, которого потом не будет. Это мной и движет, хотя сейчас я стала спокойней. Кроме того, мне очень хотелось путешествовать, но финансов не было. За границу по контракту меня не хотели отправлять.

Как я понял из других интервью, твоя семья сначала была обеспеченной?

Ксюша: Да, до 8 лет, а потом очень резко ничего не осталось. Есть было нечего. Это был очень страшный период моей жизни, поэтому я очень боюсь бедности. В детстве были путешествия в Турцию, в Испанию, я была одета с иголочки, училась в лучшей гимназии. А потом получилось так, что у папы рухнул бизнес, уехала мама, и мы остались втроем с сестрой и отцом. Конечно, я не сразу поняла, что произошло, мне тогда было 14 лет. Постепенно ты начинаешь осознавать, что тебе уже не покупают хорошую одежду, и одноклассники смотрят неодобрительно, потому что ты год ходишь в одном и том же. Тем более, что в одной из лучших гимназий дети имеют много возможностей, они путешествуют, видят мир.

Но больше всего на мне сказался отъезд мамы. Тогда я отключила эмоции, просто собралась и поняла, что на мне лежит ответственность. Я думала о том, как заработать, как ухаживать за папой, который болел, смотреть за сестрой, забирать ее из детского садика, и как успевать учиться. А еще пытаться быть подростком. Потому что начинаются первые влюбленности, и хочется хорошо выглядеть и гулять с друзьями.

Это был болезненный период, но со временем я его проработала. Мне повезло — это все могло меня демотивировать. Но я собралась, не пошла по наклонной, стала подрабатывать с 14 лет. Я резко выросла.

Видимо, тот фактор, что я видела красивую жизнь, меня подталкивал двигаться дальше. Потому что понимала, что должна вернуться к тому уровню.

Когда ты поняла, что можешь сделать моделинг основной работой и уйти из офиса?

Ксюша: Сначала я не хотела, чтобы кто-то знал, что я модель. Я могу спокойно говорить об этом только последний год. У меня в голове сидело, что работа модели – это что-то неуважительное. Даже в инстаграме какое-то время было написано: «торгую лицом».

Из-за невысокого роста у меня не было большого потока работы. Выживать на те деньги было очень сложно. Мне все же удалось поработать в Корее, Китае, Тайланде, но в какой-то момент я сдалась, и вернулась в офис. Я начала работать в довольно уважаемой компании, на приятной должности, но как истинный оптимист, бегала на кастинги в перерывах на обед. И наконец-то в 24 года у меня только начались успешные проекты, хотя на тот период модели в этом возрасте уже заканчивали карьеру.

Сейчас я понимаю, что нужно делать то, что ты хочешь, именно чувствовать, а не думать. Потому что когда мы начинаем много думать, мы занимаемся самообманом. На самом деле, это самое страшное, когда какие-то общественные нормы начинают крутиться в твоей голове. Стереотипы заглушают твои истинные желания, а их очень важно чувствовать.

Стереотипы заглушают твои истинные желания, а их очень важно чувствовать.

А тебя кто-то поддерживал? Отец, близкие?

Ксюша: Меня поддерживала мама, мы с ней сохраняли связь по телефону. Иногда я приезжала к ней в город. Папа тоже говорил, что главное, что мне это нравится, не было никаких криков: «Что ты делаешь? Сиди в офисе!». У меня была свобода. 

Я заметила, что когда отпускаешь что-то одно и перестаешь на этом фокусироваться, то освобождаешь место, и оно начинает развиваться. Я тогда отпустила эти кастинги и ходила на них просто по фану. И пошли одни за другими удачные съемки. Когда ты отпускаешь все и живешь перед камерой, ты чувствуешь, а не думаешь как себя преподнести. И ты нравишься клиенту, режиссеру.

Когда ты отпускаешь все и живешь перед камерой, ты чувствуешь, а не думаешь как себя преподнести

Ксения Дубовицкая Ксения Дубовицкая

Ты очень целеустремленная, раз не сдалась, несмотря на частые отказы.

Ксюша: Всегда веришь в лучшее, разве нет? Если не будешь позитивно мыслить, то вокруг не будет случаться то, что ты воспринимаешь в позитивном ключе. Это жизнь, это опыт: не получилось один раз, получится в другой. Сейчас я вспоминаю, сколько было отказов… Помню, я попала к одному фотографу, он меня обзывал, говорил, что я коряво позирую. Люди и по финансовой части обманывали. Но потом я поняла, что если бы тогда этого не случилось, я бы не пришла к тому, к чему пришла сейчас. Я просто оптимист. Могу, конечно, психовать, но потом сяду и подумаю: «Да, все к лучшему, живем один раз».
Ты знаешь, в моей работе мне нравится абсолютно все. Раньше меня раздражали все эти обесценивающие стереотипы. Но сейчас я понимаю, что с таким неприятными моментами можно столкнуться на любой работе: все зависит от того, с какими людьми работаешь.

Я просто оптимист. Могу, конечно, психовать, но потом сяду и подумаю: «Да, все к лучшему, живем один раз».

Почему ты не хотела, чтобы тебя называли моделью? 

Ксюша: Сначала мне было очень стыдно, я говорила, что снимаюсь в рекламах. Я даже до локдауна стеснялась.

Большинство людей не понимают, насколько это тяжело. Не кирпичи, конечно, таскать, но это все равно адская работа. Особенно когда ты снимаешь какой-нибудь лукбук восемь часов на холоде, и тебе нужно быть сфокусированной. Если ты не хочешь выглядеть на фотографиях как вешалка, ты должна передавать эмоции, а это огромная психологическая работа над собой. Нужно настроиться, быть счастливой, целостной — не просто сел в красивом платье и сидишь. 

Большинство людей не понимают, насколько это тяжело.

Как происходит взаимодействие с режиссером и клиентом?

Ксюша: Мне кажется, важно вообще все вместе. Ты не можешь просто прийти со смазливым лицом, ты должен быть собран на площадке. Есть какие-то организационные моменты, их надо считывать, чтобы тебе не тыкали и по сто раз не объясняли, как работать на камеру. Потому что тем самым ты можешь тормозить весь съемочный процесс. Ты должен быть универсальным солдатом, чувствовать, понимать, ощущать, быть готовым к сложностям.

Мне помогло то, что я стала серьезно работать над собой. Представляю, что нахожусь в помещении одна, просто отключаюсь. Я к этому пришла и перестала стесняться камеры, бояться, стало легче на площадке.

Отличается ли отношение к моделям в Америке?

Ксюша: В Штатах к актерам и моделям относятся бережнее: у них нормированный график, нет жестких переработок. Это запрещено по закону, а здесь — без разницы. Здесь 14-16 часов, а может быть и 20, а завтра еще выйдешь на съемку через 4 часа. Ты не можешь поставить ограничения. Если тебя выбрал клиент и сказал, что съемка будет 16 часов, то съемка будет 16 часов. 

Если тебя выбрал клиент и сказал, что съемка будет 16 часов, то съемка будет 16 часов.

Почему ты решила переехать в Америку?

Ксюша: Я снялась для Garnier, и мне сказали, что полгода меня никуда брать не будут, потому что я сейчас эксклюзив и лицо косметического бренда, и я решила что пришло время осуществить свою давнюю мечту, уехать в Штаты. Конечно, приходили всякие съемки для брендов одежды. Конечно, меня звали на всякие шоу: в «Холостяк» на ТНТ, попала бы в какой-нибудь сериал. Но мне это все не нравится.

В США я уже живу пять лет. На адаптацию ушло три года. Тяжело, тебя ломает первое время. Скучаю по гречке — пойду в русский магазин, куплю, сварю дома. Я фанатка ДДТ, периодически включаю Шевчука и слушаю песни про Питер. Я все это очень люблю. Люблю возвращаться, люблю Москву, Санкт-Петербург, люблю приезжать в Казань, в мой родной город, но жить — нет.

 А почему?

Ксюша: Холодно.

Ксения Дубовицкая

Ты прожила там пять лет, и не было даже мысли вернуться?

Ксюша: Были мысли, конечно. Потому что все равно в России я добилась в рекламе какого-то уровня. Когда ты приходишь на кастинг и дверь с ноги открываешь, потому что тебя уже знают режиссеры… А тут ты приезжаешь в страну, которая для тебя новая, менталитет новый, языка толком не знаешь. И ты будто заново родился: заново учишься ходить, говорить. Конечно, это непросто. Идет период ломки: ты думаешь, может, вернуться, ведь там было комфортнее, там ты прошел определенный этап.

Но тогда не будет роста, а для меня очень важно преодоление себя. Кажется, я псих. Я не могу сдаться. Я поставила перед собой цель: хочу сниматься в Америке. А уехать жить в Россию нельзя, потому что в штатах должны к тебе привыкнуть, увидеть, что ты крутишься в этой всей тусовке. Легче жить в штатах и летать сюда. Потому что лучше, когда ты модель из Америки в России, чем когда ты российская модель в Америке. 

У тебя нет ощущения «ни гость, ни хозяин»?

Ксюша: Нет, у меня полное ощущение дома. Я в России чувствую себя очень странно. Мне многие вещи стали дикими: например, грубость, российская прямолинейность. В Америке я усвоила, что всегда надо начинать с позитива, даже если отказываешь. 

Я, наверное, очень привыкла к этой благоприятной среде, отчасти искусственной. Человек сам себе создает эмоции, состояние, позитивный настрой. И мне кажется, от этого позитивного настроя очень многое зависит вокруг тебя: как у тебя пойдет работа, как пойдет день. Как тебе посторонний человек улыбнется, как он тебе ответит. Это очень сильно влияет на тебя.

Ксения Дубовицкая Ксения Дубовицкая

Мне кажется, что многие одиночки чувствуют себя в уязвимом состоянии при переезде, и поэтому возвращаются.

Ксюша: Так это так здорово! Один, в уязвимом состоянии. Ты можешь работать над собой. Я очень долго боялась быть одна и мне нужно было всегда находиться с друзьями. В 2014 году я поехала в Мексику работать по контракту. Там я жила с девочкой из Аргентины. Мой английский был нормальный, но испанский я вообще не знала. У меня не было интернета: я не могла ни кино посмотреть, ни с кем-то созваниваться.

Тогда у меня произошел период откровений, я научилась быть сама собой. Это было жутко страшно, непривычно, но я научилась слышать себя, это был один из самых крутых периодов в плане познания себя. Он длился два-три месяца.

Поэтому переезд в штаты и возможность остаться одной меня, наоборот, не пугает. Мне кажется, это возможность найти себя. И рано или поздно ты встретишь своего человека. А если ты еще и работаешь, у тебя не будет времени, чтобы подумать, что тебе одиноко.

Как ты следишь за ментальным и физическим здоровьем?

Ксюша: Я открыла для себя медитацию пять месяцев назад. Раньше я была вообще не сторонником. Я пробовала когда-то давно Headspace и вообще не поняла ничего, а сейчас меня медитация привела к какому-то балансу. И я начала сейчас побольше заниматься спортом, дома через приложение. Я не фанат бега, но дома стала заниматься упражнениями два раза в неделю. А в основном — это хождение пешком: два-три часа слушать музыку или подкаст и ходить пешком. Ну и скейтборд, я катаюсь на скейте.

Ксения Дубовицкая

Если подумать на 10 лет вперед, каким ты видишь свое развитие?

Ксюша: В период пандемии у меня были метания: я хотела уйти в продюссирование. Даже создала свой продакшн, чтобы бренды из России, которые хотят съемки в Лос-Анжелесе, присылали свои вещи или человека из команды, а мы бы в штатах организовали процесс съемки. (Кстати, если кого-то это интересует, могут написать мне в директ в Instagram, я не против попродюсировать проекты из ЛА). Саморазвитие — это когда ты хочешь отойти от своей постоянной профессии, у тебя появляются амбиции, ты ищешь что-то новое.

Я бы хотела, чтобы крупный бренд увидел во мне лицо своей компании. Хотела бы дальше сниматься. Потом перейти в ранг возрастных моделей, перейти очень плавно, комфортно, сниматься в разряде мам, бабушек. И я надеюсь, я стану таким примером для людей, чтобы они не боялись и тоже двигались, шли к своей мечте. Это моя миссия.

Один совет себе, когда тебе было 21? 

Ксюша: Цени себя

Плейлист для Losko


Инстаграм Ксюши — @duboviitz. Фотографии сделала наша любимая Анисия Кузьмина. Специально для Losko.

Читайте также другие интервью с моделями на Losko:

Полина Подплетенная: «Сначала нужно все упростить»
Оля Запивохина: «Крупные компании не брали меня на работу из-за внешнего вида»

Losko — неккомерческий проект без рекламы на сайте. Если вам нравится то, что мы делаем, цените свой и чужой труд, то можете поддержать нас финансово на Patreon.

Автор публикации

Вячеслав Новосельцев